Назад к книге «Испытание» [Екатерина Руслановна Кариди]

Испытание

Екатерина Руслановна Кариди

Арсений М. очень богатый, успешный и привлекательный мужчина. Его отношения с женщинами строятся на жестких принципах. Есть он и есть рабыни, безымянные и бесправные. Их у него много и все заменяемы. Будущих рабынь для него тщательно выбирают, отслеживают, и в нужный момент они просто перестают существовать для всего мира, становясь личными игрушками миллиардера. Отлаженный механизм работает четко. Но ровно до тех пор, пока одна из рабынь не становится для него не просто безымянным номером. Возникшие отношения начинают рушить его принципы, превращаясь в испытание для двоих. Сумеют ли они пройти через него и остаться прежними?

Екатерина Кариди

Испытание

Описанные события вымышлены и не имеют под собой реальной основы, все совпадения случайны, имена и фамилии также вымышлены.

Часть первая

На дворе 21 век,

А мы по-прежнему пещерные люди.

Глава 1

Василий Палыч М…, в узком кругу просто Вася Склочный, был невероятно, сказочно богат. Но, в отличие от большинства обладателей внушительных состояний, он деньги свои не афишировал. И сына своего воспитывал в строгости, то есть денег не давал. Не то чтобы совсем не давал, просто аппетиты у Арсения Василича были неумеренные. А в остальном – не пойман – не вор, делай сынок что хочешь, но не попадайся! Попадешься, тебе же хуже. Потому как Вася Склочный не просто так имел это прозвище. Сыночка запирал в подвал, оборудованный так, что любое гестапо позавидует, и лично шкуру сдирал, при этом еще, не переставая, нотации читал. Естественно, сын научился многому, но в основном тому, что делишки свои надо обстряпывать идеально.

Жена у Василия Палыча померла давно, Сеня еще семилетним мальчиком был. Говорили, померла от тоски. С тех пор он больше не женился, незачем. Наследник у миллиардов имеется, мальчишку воспитывал он сам, а продажный женщин и без того полно. Да и не любил он женщин. То есть, он их конечно любил, но как вещь, на час, два, не больше.

Когда Сене исполнилось 14, он впервые попытался дать папеньке отпор. Побит был до бесчувствия, но отец остался им доволен. А к двадцати годам Арсений Васю Склочного аккуратно замочил, делишки свои он таки научился идеально обстряпывать.

И перешла папина финансовая империя к молодому человеку. К чести Арсения Василича М… можно сказать, что он был именно из тех, кто даже когда деньги тратит на удовольствия, все равно в прибылях остается. И если его отец избегал публичности, то Сеня не прятался, хотя и светиться, как некоторые тоже не любил. Отцовы конкуренты, когда Вася помер, обрадовались было, что сейчас мальчика избавят от лишних хлопот и его денежки к рукам приберут, но у Сени зубы оказались покрупнее папашиных. После того, как он методично обул нескольких, остальные со вздохом признали: мальчик свое дело знает, и лучше к нему не соваться, себе дороже. Вот так, к двадцати восьми годам Арсений М… был фигурой в финансовом мире влиятельной, меру таинственной и, как бы это поточнее… опасной. Бизнес у него был разнообразный, но почти весь белый. Не считая одного маленького невинного развлечения.

У Арсения был гарем. Самый настоящий, как у какого-нибудь средневекового восточного султана. Только, в отличие от султана, который своих баб в Босфоре топил, надоевших наложниц он продавал в очень дорогие закрытые бордели. Разумеется за баснословные деньги, каждая окупалась с лихвой, каких бы затрат не стоила. И уж конечно, если кто в его гарем попадал, тому ходу на волю уже не было. Надо сказать, что про это тайное увлечение смутные слухи ходили, и среди женщин определенного сорта его гарем стоял в рейтингах повыше, чем гарем султана Брунея. Посвященные в тайну дамы за право попасть в наложницы к Сене убить готовы были, но только попасть туда было не просто.

Потому что у Арсения М… был пунктик. Наложниц он себе выбирал из самых что ни на есть домашних, умненьких, чистых и порядочных девочек. Думаю, не стоит говорить о том, что красавицы были все как на подбор. У него была развитая агентурная сеть, по всем вузам страны, да и не только нашей. Выбирал долго, обстоятельно, за каждой очередной жертвой велас