Назад к книге «Вывертикаливайся. Стихи и лирика» [Максим Брестов, Максим Тофелюк]

Сто оттенков красного

Сто оттенков красного в ветре.

Оборвёт, обломает, несёт.

Жизни ветошь наполнит палетку.

Хвать, что есть, что не нужно – сожжешь.

Сто оттенков пунцового в глянце.

Тот же ветер, но только иной.

Затянул было натуго петли.

Только зря, видно. Мыло ж – долой.

Сто оттенков кровавого в солнце.

Пусть бы даже не видеть лучи.

Только всё ж пробивает в оконце.

Эта нить капилляры свои.

Сто оттенков безжалостно давят.

А оттенков чего – не пойму.

Видно в жизни так красного мало.

Ну а нужно ли то самому?

Сто оттенков осенней прохлады

Солнца яркого в красных тонах

Что не греет почти. И не надо.

Раз цвет красный – почти полумрак

Сто оттенков красны, и не боле.

Стыдно, судороги крутят их тень.

Кандалы разбивают неволи.

А по доле – ведь сами – мишень.

И пожалуй, тут дело не в красном.

И не нужно пускать в ход тут плеть.

Но, всё ж, видно, что сильно достали

Раз глаза красным налиты впредь

Сто оттенков у красного чая. Каркадэ.

Что согреет порой.

Лишь бы не окровавлена ванна.

Лучше волос падет пусть седой

Сто оттенков фарфоро – фаянса

– Видно красного?, – спросите вы.

Не такие поют Там романсы…

Не спеши. Погоди у черты

Спектакль the End

Ведь право: наша жизнь – игра

А мы лишь только в ней актёры Бывают шрамы на запястьях Но это не входило в роли

В глазах темно

Другой мотив Виден сквозь призму объективов Но глупо может это вновь Уже давно всё решено

Иной спектакль эта быль

А каждый день В ней новый акт Который начинаем мы И хочется Чтобы не мрак

Но вопреки скупой судьбе

Не удержать порой слезу В душе – пусто`, печаль и грусть Мы видим сны как наяву И будет тленным новый день Пускай и сменит нудно ночь Вокруг светло и дребедень Но мне на это всё равно

Жизнь – кадр кино

Мы в нём играем Но роль у каждого своя И может быть – переиграем Зови меня, бери меня…

Да, всё не вечно в этом марше

И обрывается струна Мы тотчас молча замираем И устремляем взгляд Туда…

Куда то просто уходи

Мы роль не ту видать играли Приснятся розовые сны О чём давно мы так мечтали

Спектакль The END увы не та

Игра в которую ввязались И смысл порой не осознать Того на что мы подписались

Не Бонни и Клайд

Ты трепетно сменяешь за закатами рассветы. Нанизывая километры ветра на подошву не спеша. И так посапываешь носиком уныло,

И плачешь ты порою в небеса.

Ты нежно вздрагиваешь, когда спишь лицом к стене. Как будто затаилось в тебе ласки медленное эхо. Но не меня ты обнимаешь ласково, и не меня зовёшь к себе во сне.

Не мой портрет рисуешь мелом на стене нелепо.

Высокомерно гладишь тёплою рукой свой стан…

Но наш с тобою фильм не выдвинут теперь на Оскар. Как жаль, но ты не Бонни, да и я увы не Клайд Мы испаримся в тишине как будто в море обитаемый остров.

Не воплотим мы в бытие всё то, о чём с тобой тогда мечтали

Прольются реки грёз, и разобьются вдребезги о скалы сны.

И мы с тобой не будем стороной одной медали.

Ведь в жизни не умели признавать своей вины.

Мрачная серость. Серая мрачность

Это мрачная серость

Или серая мрачность Безысходность порой Хоть говорят не бывает так а оно иначе адекватные Безликие взгляды Мозги ватные Словно утопия Крепко сжимает легкие Глубокая рана не хочет заживать Загнила Будто погрызли пираньи Или крокодилы в далекой долине Нила Цепная реакция Немного прибила В ушах что то звенит Будто горилла Над головою в бубен племен Навахо стучит Рукава засучи Толчки сердца из груди колкие Рывками ассиметричными,

рваные

будто в решето затыканы иголками Званные незванно появляются на горизонте И так же быстро растворяются И снова набегают вопиющие волки Косые

окружающих взгляды

Каплями жгучего но быстрого яда И вновь наступает отрада Мысли хаотично разбросаны Смыслы

скептически отброшены

Грани

у толкований перекошены

Недопонимания Осознанно посланы Слегка поздним снегом припорошены Да воздастся за деяния И покаяние Свежий Шарлотку из яблок пирог посыпают корицей А вокруг мелькают Все те же Угрюмые лица Заплетаются ноги Ведь жизни дороги обычно Ведут по глубоким сугробам Убого Всплываю